Александр и Николь Гратовски: О человеках и чудесах

12 августа 2018 Комментария: 2

Александр и Николь Гратовски

Этим летом в какой-то момент у меня возникло ощущение, что про эту пару говорят все вокруг… Мне рассказывал про них Александр Кравцов (основатель бренда "Экспедиция"), Денис Котов (CEO "Буквоед") и Филипп Гузенюк (основатель "Счастья в деятельности"). Кто эта пара? Александр и Николь Гратовски антропологи, создатели Посольства Дельфинов, руководители международной кругосветной экспедиции "Тридцатая параллель — Археология Возможностей", авторы книг и документальных фильмов.

Мы встретились уже дважды. Оба раза в Подмосковье. Говорили об очень разном. Где-то в середине первой беседы рядом, в лесу вдруг возник… белый кролик. Видимо, просто зашел послушать про разные виды разума, чудеса и Настоящего Человека.

О чуде

Вы много лет исследуете взаимодействие человека и мироздания. Что самое ценное вы нашли за это время?

Александр: Самое ценное — знание и ощущение того, что каждый человек чудесен. Потому что по природе своей он — носитель и проводник чудесного в мире. Чудотворец. А самый большой парадокс в том, что, увы, являясь величайшим чудом мироздания, в подавляющем большинстве случаев человек не хочет в это верить и выбирает совершенно иначе жить.

Что вы называете словом "чудо"?

Александр: Чудо — это событие с крайне низкой (с точки зрения современной материалистической парадигмы) вероятностью, причинно-следственную связь которого в сугубо материальном мире проследить невозможно, потому что причина и следствие здесь разнесены. Причина не материальна, следствие материально. Чудо — это осуществление некоторой желаемой, радостной возможности здесь, в этом мире, без видимой или осязаемой причины.

Вы говорите, что человек чудесен. Это значит, что он проявляет чудеса?

Николь: Это значит, что по устройству своему, природе своей и предназначению своему именно он является той ипостасью мира, благодаря которой в нем случаются эти чудеса. Он способен осознанно творить мир, создавать будущее, выбирать из пространства возможностей наилучшую и ее воплощать ее.

Александр и Николь Гратовски

О других видах разума

Из тех, кто живет на Земле, только человек способен на это?

Александр: На это способен любой развитый вид сознания. На планете сейчас нам достоверно известен один такой вид — это китообразные. Дельфины и киты. Мы профессионально занимаемся этим много лет, и в том, что они таковы, уверены безусловно.

Человечество как вид представляет сейчас в большей степени возможность этого качества. Если дельфины и киты так живут, то люди — способны так жить. Но пока делают это разве что в качестве редких исключений. Не исключено, что есть и другие виды разума.

Николь: Или так на наших глазах меняется мир — новые виды становятся разумными. Сейчас "зеркальный тест" на самоосознавание проходит все большее число видов на планете, в том числе слоны, ряд птиц (вороны, например).

Что человеку мешает быть таковым? Почему он запрещает себе эту чудесность?

Александр: У человечества возраст младенческий — миллион лет, и только последние сто — сто пятьдесят бурного, практически вертикального взлета, прежде всего технологического. Та история, которая за плечами у человечества — это история поисков себя, своих возможностей, адекватной картины мира. Так получилось, что нынешняя цивилизация выбрала систему убеждений, являющуюся не мировоззрением, а, скорее, некоторым идеологическим суррогатом.

Систему убеждений, которая исходит из представлений о том, что материя самодостаточна, и, соответственно, все, что нематериально, остается за бортом признанного консенсуса. На самом деле каждый человек знает, что есть такие феномены, как сознание, любовь, творчество, радость, вдохновение, молитва, мечта… Но для науки, которая идет в авангарде всего современного мировоззренческого корпуса, это все истории и понятия не существующие настолько, что если посмотреть Википедию, там до сих пор нет внятного определения таких понятий, как разум, сознание, любовь. Не существует даже договоренности по поводу того, что это такое. А ведь это фундаментальные и самые главные для каждого человека вопросы.

Поскольку самые главные вещи маргинальны для современного консенсуса, а все материальное считается единственно существенным и ценным, то в этой парадигме не существует понятия "чуда" как такового.

Николь: Чудотворение — это проявить то, чего раньше не было. Увидеть невидимое и — воплотить, реализовать. Построить из того, чего нельзя ни разглядеть, ни пощупать. Смешав в себе золу с облаком — больше не из чего. А в признанной системе так не поступают и не мыслят, и невозможно именно это — реализовать священный союз Земли и Неба. Результатом которого и является чудо.

То есть путь эволюции — это путь чудес?

Николь: Это было бы очень романтично. Хотелось бы, конечно. Но вообще слово "эволюция" какое-то невнятное для нас, а теория эволюции как минимум неполноценна. Путь развития — это осознавание своего предназначения. Не личностного, а человечества как вида на этой планете. И движение к соответствию своему предназначению — и ответственности за него.

Александр: О развитии рассуждают очень много, хотя чаще всего не могут сформулировать даже основные критерии развития. Для нас развитие — это все, что к единству, к гармоничному соединению. И, наоборот, все, что про разъединение — против развития. "Сложность" — не от слова "ложь", а от слова "сложение", "складывать", "лад", "ладить".

О единстве живого на планете

Недавно мы общались с Давидом Яном, и он сказал, что человечество рано или поздно должно себя осознать как единый организм, выросший на планете.

Александр: Нет сомнений в этом. Единый организм, неразрывно связанный с планетой. Часть ее, невозможная без планеты.

Николь: Концепция венца творения как финальная точка развития, как властитель мира для нас не очень приемлема. Отдельно от существующего мира и природы, которые здесь, вместе с нами существуют во всех проявлениях, восприятие себя как вершины творения неизбежно оборачивается высшим потребительством и становится разрушительным для мира.

Александр: ….потому что он присваивает себе то, что нам не принадлежит: эту мощь мира, который невообразимо больше нас. Она может сквозь нас осуществляться благодаря тому, что мы открыты этому и осознанны, но она не является нашей собственностью.

Человеческий организм состоит из астрономического числа клеток, но каждая клетка в отдельности обладает автономностью жизни, не превышающей трех секунд. Мы без планеты тоже существовать не в состоянии. И друг без друга тоже, а связи, которые между нами, на самом деле фундаментально более глубоки.

Мы связаны на уровне, который глазами не виден. Метафорически — как грибница: один гриб — пятнадцать километров в диаметре, и те грибы, которые мы собираем в сотнях метров друг от друга — как пальцы одной руки, которую мы не видим целиком. Человечество представляет собой такой же организм. Как только достаточное число индивидуумов осознает себя в таком качестве, будет достигнут принципиально иной уровень и способ существования этого единого организма c несоизмеримо превосходящими силой и представлением о себе.

Про искусственный интеллект

Через несколько лет мы можем столкнуться с тем, что есть еще много видов разумности. К людям, дельфинам и китам добавится искусственный разум. Куда тогда мы пойдем?

Александр: Зависит от того, какое мировоззрение мы выберем. Если это будет так, как сейчас, то многих лет впереди у нас нет, все закончится катастрофично и быстро. Это не проблема внуков, это все мы застанем сами, потому что сейчас события происходят мгновенно. Времени больше нет. Если же мы выберем вот такое целостное восприятие мира и осознаем себя в нем, то все получится. Сложно заниматься какими-то прогнозами, поскольку все прогнозы строятся как экстраполяция прошлого, а прошлое больше не работает, оно кончилось. Будет что-то принципиально иное, на пути чего нам, вероятно, предстоит столкнуться со многими неожиданностями.

Николь: То, что вы называете искусственным разумом, с нашей точки зрения — искусственный интеллект, это другая история. В случае утверждения целостного непротиворечивого мировоззрения у нас нет никакого страха перед развитием искусственного интеллекта. Человек, разум и сознание как таковые по нашему глубокому убеждению не цифруются и не алгоритмизируются изначально. Они представляют собой совершенно иной феномен, с которым невозможно конкурировать. Ну, будет еще один инструмент, которым можно пользоваться…

Александр: А разные разумы — скорее разные индивидуальные проявления единого сознания. То, что мы являемся единым существом, не противоречит никоим образом тому, что каждый из нас неповторим. Нет двух одинаковых снежинок, отпечатков пальцев, сетчаток глаз или ритмов электромагнитной активности головного мозга. Мы все неповторимы и уникальны, хотя внешне, в общем, почти неразличимы со ста метров. В этой уникальности заложена подсказка многообразия единого.

Александр и Николь Гратовски

И снова про разум

Я правильно понимаю вас: разум — это универсальная история, а разум человека и разум дельфина — два проявления одного и того же?

Александр: Несколько лет назад мы обнаружили, что в науке не существует непротиворечивого определения разума и критериев разумности, а те критерии, которые предлагаются, смехотворны из-за того, что они сугубо антропоцентрические. Сейчас я утрирую, но звучат они так: "Если существо умеет завязывать шнурки, значит оно разумно". Дельфин с этой точки зрения совершенно неразумен. Ему нечем, незачем и нечего завязывать.

Задумавшись об этом, мы с группой мыслителей и ученых из разных стран начали исследовать универсальные критерии разумности. И сейчас убеждены, что да, они существуют, а человек — не единственный носитель разума. Более того, человечество в нынешнем виде основным критериям разумности, мягко говоря, соответствует с трудом. Согласно одному из определений разума, разум есть способность использовать силы мира без разрушения этого мира. Его редко вспоминают, потому что для человечества оно крайне неприятно. Тем не менее, с нашей точки зрения это, едва ли, не основной критерий разумности, и он универсален.

Николь: Прошлый Фестиваль дельфинства, который мы ежегодно проводим, был посвящен предложенной нами модели, когда человечество наравне с другими цивилизациями приглашено на межгалактический совет — такую вселенскую выставку достижений. Каждая цивилизация должна представить отчет по трем пунктам: первый — преобладающий способ ее взаимодействия с планетой, на которой она живет, второй — способ взаимодействия с другими видами жизни на этой планете и третий — основной способ взаимодействия внутри своего вида. В случае, если результаты этих докладов признаются угрожающими жизни, возникает проблема с целесообразностью продолжения существования такой цивилизации. В нашем случае каких-то оптимистических решений на таком конгрессе не предвидится.

Александр: Действительно, представим себе ситуацию, когда прилетают эмоционально не вовлеченные в человеческую историю эксперты и все это наблюдают. По этим трем очевидным критериям тест на разумность человеческая цивилизация пройти не в состоянии, и это, конечно, край.

Николь: Этот край даже в человеческой науке уже получил термин "антропоцен", то есть эпоха, когда впервые основным определяющим фактором существования жизни на планете стал человек. Такого до сих пор не было, и тому всего несколько лет, а впереди еще меньше, если это будет продолжаться так же.

То есть сознание дельфина совершеннее?

Николь: В смысле гармоничного сосуществования с миром — безусловно.

Александр: Все дельфины индивидуальны. У всех есть свои характер и склонности, и каждому из них, возможно, дельфинье или человеческое не чуждо. Но как вид они представляют собой совершенно иную модель взаимодействия с миром, с планетой, с другими видами жизни и внутри своего вида. Модель, которую выбирает тот или иной вид, возможно, не единственная. Дельфины выбирают способ взаимодействия с планетой, который направлен прежде всего на поддержание гомеостаза, равновесного существования этой планеты и жизни на ней. При этом, судя по всему, сами они не участвуют в эволюции как таковой — они не меняются более пятидесяти миллионов лет. Их дело — поддержание стабильной жизни, устойчивости, возобновляемости. Они отвечают на планете за это.

Николь: Человек со своей моделью выборов отличается от этого. Нам необходим поиск нового. Возможность поиска, создания и тестирования нового. Пока мы не ведаем, что творим, и делаем это бессознательно, мы рискуем все на этом пути проб и ошибок разнести вдребезги. Но мы полагаем, что если даже мы выберем целостное мировоззрение, то все равно не остановимся в поисках создания чего-то принципиально нового. Это будет нас отличать от дельфинов.

Получается, некая универсальная разумность в лице человека выбрала путь техногенный, а в лице дельфинов и китов другой путь?

Александр: Когда мы говорим о приращении нового, это совсем не только про техногенность. Сейчас все новое создается в технической области, потому что нематериальное отрицается, не меряется. Оно кажется непонятным и едва ли не запретным. У нас есть ощущение, что если начать углубляться в эту историю, то там можно создавать никак не меньше нового и принципиально другого, чем в области техногенной.

Существуют феномены, которые пока последовательно игнорируются редукционистской парадигмой. Например, в области медицины — спонтанные ремиссии, которые не единичны совсем. Спонтанные они как раз по той причине, что там нет никаких техногенных, медикаментозных или хирургических решений. Такие события представляются некоторым необъяснимым совпадением случайностей и не изучаются. А это именно их надо изучать, потому что там есть колоссальный потенциал человеческого существа.

И вновь про чудеса

Вновь ближе к чудесам пришли?

Александр: Да, это воспринимается как чудо, потому что это некоторые внутренние ресурсы организма, связанные с мирозданием в целом. Такие феномены, как, например, синдром савантов или разные психические, физиологические изменения, которые приводят иногда к очень фокусированным очагам гениальности — математической, музыкальной, какой угодно. Этот человек никогда не ходил в музыкальную или математическую школу, но играет или вычисляет виртуозно. Несомненным является существование ресурсов человеческого организма, осознанного доступа к которым мы не имеем. Это не значит, что их нет. Когда днем мы не видим звезд, это не значит, что их не существует. Мы их просто не видим.

Вот эта история, когда слепые разглядят зрячего, не в техногенном приращении, она в приращении, природой нашей нам прописанном. И здесь можно творить несравненно больше нового, чем мы творим в понятной плоскости материальных ценностей, потребительски либо финансово ориентированных.

Поэтому когда мы говорим о развитии, мы имеем в виду не новые технологии, а раскрытие способностей человека, которыми он владеет от природы. Больше всего потенциальных ресурсов, вероятно, находятся уже даже не в индивидуальной сфере, а в полевой, когда человек, наконец, осознает себя как часть единого организма под названием человечество. Это невозможно без смены мировоззрения, а это очень сложный переход, который сейчас либо осуществится, либо…

Любопытно, что подобные формулировки сейчас возникли даже в бизнес-сообществе. Например, в моделях бирюзовых организаций.

Александр: Мы не очень очарованы этими моделями, они представляются нам очень деловито-интеллектуалистскими. Мы не очень в это верим, потому что новые способы рождаются внутри той же системы, а построить из прошлых кубиков новую историю не получается. Но во всяком случае, мы совершенно согласны, что появление моды на подобные поиски — один из симптомов очевидной дефицитарности прошлой системы. Она уже не удовлетворяет никак. Нужна действительно новая парадигма. Переход такой же, как между гусеницей и бабочкой. Есть разные технологии и способы ползания — строем, тевтонской свиньей, иноходью, но больше негде ползать, бетонный плац оказался ледником, растаял и приказал долго жить — вот, в чем дело!

Почему вдруг такой резкий переход сейчас возник? Почему дальше нельзя быть гусеницей?

Александр: Потому что это УЖЕ единое существо, которое только осознать себя таковым пока не может. Потому что человечество УЖЕ является фундаментальным фактором развития или гибели жизни в планетарном, как минимум, масштабе. Этот факт УЖЕ случился. Если осознать не успеем — финал. Осознать, что мы все — единое существо, категорически вылезающее за пределы материи.

Николь: Сегодня впервые мы можем целиком и полностью уничтожить цивилизацию и планету в целом не только постепенно, но и мгновенно. Совершенно безразлично при этом, кто именно нажмет на кнопку. Такого не было никогда. Все это носило локальный характер в лучшем случае.

Ядерную бомбу изобрели сколько-то лет назад, и уже тогда можно было…Почему вы говорите, что угроза возникла только сейчас?

Николь: Это сейчас и есть. В масштабе возраста человечества ее изобрели вчера вечером. Именно за это время все графики стали практически вертикальными, то есть время перестало участвовать в физических процессах в прямом смысле слова. Вы видели эти графики многократно. Миллионы лет все шло практически одинаково, а потом вдруг график развития стал вертикальным. Словно пропала одна ось. А это — ось времени. Приращение любого количества больше от времени не зависит. Это означает, что время кончилось, горизонт событий встал стеной. Вчера вечером. Еще наши родители жили в мире, физика которого включала время.

А почему это произошло?

Александр: Потому что вообще парадигмы меняются таким образом. Качественно новые этапы наступают скачкообразно. Наскакивают… Лестница — стоишь на горизонтальной ступени, а чтобы пройти дальше, нужно продвинуться вертикально. Не бывает другого рождения. Человек мягко и долго зарождается из одной клетки в течение девяти месяцев, питается, каким-то образом живет, но потом для него время кончается, и он выталкивается в совершенно другой мир. Это революционный переход, и любой такой переход осуществляется, когда "накопилось". А прошлое заканчивается.

То, что время закончилось, не значит, что закончились циклы. Благополучно и счастливо Земля продолжает обращаться вокруг Солнца, весна сменяет зиму, за каждой ночью происходит утро, циклы сохраняются. Но время прошлого — социального, цивилизационного — завершилось. Сейчас должен родиться принципиально новый ребенок. Каким он будет и как — вопрос скорее праздный. Будучи в утробе, интеллект не позволяет предсказать, как выглядит мир за пределами мамы…

Николь: …у него нет даже концепции мамы.

О Человеке Будущего

Финальный вопрос. Есть понятие Homo Futuris (Человек Будущий). Какой он в идеале?

Александр: Это тоже про прогнозы. Честно, нам интересно заниматься только настоящим! Настоящее — Present — это три в одном: подлинное, нынешнее, и подарок.

Николь:… и еще — присутствие. Так что наш интерес — Человек Настоящий.

И все-таки у текущей трансформации есть какой-то ожидаемый результат?

Александр: Предстоит осознать себя не в будущем, а в настоящем, прямо сейчас — как опознать себя в зеркале. Мы сотканы из материи настолько же, насколько не из материи. Внутри нас они сочетаются. Мы неразрывно связаны друг с другом, и сквозь нас проникает в мир не принадлежащая нам сила мироздания — Разумная Жизнь, которая реализует себя благодаря нам.

Николь: Благодаря нас…

Александр: Мы с этого начали разговор. Настоящий человек — величайшее чудо во Вселенной, до сих пор не могущее опознать себя в зеркале. Результат трансформации? Узнать себя и в тот же момент — стать собой в полной мере.

Николь: И обрадоваться этому.

Дополнительно почитать и посмотреть

Комментарии:

  • Игорь |

    Сергей, а что является целостным мировоззрением для Александра и Николь Гратовски? Какой концепции они придерживаются?

Напишите интересный комментарий

Войти с помощью: